* * *
Это - осень;
Ты знаешь, что это пройдет.
Журавлиные стаи
Выткут тонкий узор по эскизам дождей
Паутиной тумана.
А в руке - не осколок стекла и не лед,
И на сердце - не рана:
Это память опять задержала полет
В рыжих стеблях бурьяна.
* * *
Время затуманит зеркала;
Темный камень в паутине трещин,
И под снегом крыльями трепещет,
Не имея сил взлететь, душа.
Не небесной манной, не звездой
По ладони скатится снежинка;
Талою весеннею водой
Упадет прозрачная слезинка.
Снова наступают холода,
Снова стылый ветер гонит тучи;
Волны бьют в береговые кручи,
Словно возвращается зима.
Замок спит, над башнями туман,
В белый саван ночь одела стены;
Не боясь ни смерти ни измены,
Будет сны он видеть до утра.
Тает лед, ладонь оставит след,
Мокрых капель контур смоет ветер;
Все ушли,и кто теперь ответит,
Да и важен будет ли ответ?
Посреди разбитых миражей
Не найти того, что раньше было,
Память камня слепо сохранила
Голоса и лица тех людей.
Пыль веков заполнит старый зал,
В переходах заплутало эхо
То ли крика боли,то ли смеха,
То ли слов, что я не досказал.
* * *
Я пытался читать эти лица, как книгу,
Но ее письмена были мне не знакомы;
Сколько лет пролетело, а все не привыкну:
Возвращаюсь, как пес на развалины дома;
Плащ исхлестан дождем, грязь прилипла к подошвам,
Тянет камнем к земле, словно память о прошлом
Уцепилась дрожащей рукой за одежду;
Я давно позабыл,что такое надежда.
Все, кого я встречал, оказались чужими,
Я напрасно кричал свою правду и имя;
В равнодушных глазах - страх, презренье и жалость,
Полунищий безумец: вот все,что осталось.
Я бегу от себя, но дорога по кругу,
До последнего дня мне терпеть эту муку;
Исповедаюсь небу,пускай оно слышит:
Я не верю давно во вмешательства свыше.
* * *
И что осталось мне теперь: "любить безгласно"?
Но ничего не изменить, и все напрасно;
А власть мечты - она сильней любого зова,
В ее мерцающих сетях все по-иному.
Мне не успеть, мне не вбежать в чужую сказку,
Не отвести, не разорвать, не сбросить маску;
Нам роли разные даны, роптать не смею:
Крестьянки из Тобоссо - мне, ей - Дульсинеи.
* * *
Золотые письмена на страницах мокрых листьев,
Как прощальная слеза в лужах лед засеребрится;
Расставание с теплом, расставанья, расстоянья...
Эхо горького "прощай", безнадежность "до свиданья";
Отзвучавшие шаги: в никуда уходит лето
Застывающей смолой, каплей солнечного света;
На пустынном берегу лижут след слепые волны,
Эта встреча - на беду, это было, только вспомни.
Вспомни: в небе над скалой очертанья тонких башен,
Ветром пахнущий рассвет алым золотом окрашен.
Как натянутая нить между памятью и снами,
Между мною и тобой,между нашими мирами;
Хрупкость тонкого стекла, горечь осени, в бокале
Вкус искристого вина, тишина в высоком зале;
Всем законам вопреки, властью прошлого поманит
Даль раскрытого окна, шорох листьев под ногами.
* * *
От гордыни до гордости, от безумья до радости
Пробираюсь, хранимая от губительной крайности;
От пугающей ясности, от убийственной резкости,
От стоянья на паперти, от тюрьмы соответственно;
От вопросов бессмысленных до безрадостных выводов,
Спотыкаясь и падая, между плахой и дыбою.
Не от чьей-либо зависти, не за счастьем неведомым,
Не ведома ни памятью,ни дурными советами;
Непутевая странница, голь без роду без племени,
За скитаньями по свету забываю о времени.
От проклятья до святости, от удара до милости
Пробираюсь, не ведая, как смогу это вынести;
Как пройду, незаметная, чьей-то болью измучена,
К обгорелым развалинам над речною излучиной.
* * *
Уже давно весна, а все не тает лед,
Не тот, что на дворе, он может не растаять;
Я памятью опять в минувшем сентябре,
Не зная, как к теплу идти себя заставить;
Не зная, что трава пробилась из земли
И тихо льнет к ветвям доверчивая зелень,
Не разбирая лиц, не различая дни,
Из ветра сентября в сияние апреля.
Как слишком долгий сон, зима над головой
Промчалась, не задев, ни холодом ни снегом,
И в солнечных лучах - дрожащий перезвон:
Дыхание весны, мелодия капели.
Нежданная печаль земли и облаков:
Начало чистоты, начало пробужденья
От позднего прости, от слишком легких слов,
От горечи и лжи - до нового мгновенья.
* * *
Вот так: не клинком разящим, не искренностью, не ложью,
Не песней, не заклинаньем,не словом неосторожным;
Все просто, без сантиментов, и нет никакого чуда;
Все будет обыкновенно - ни драк, ни битья посуды,
Как просто: подумать только; а раньше казалось - страшно...
Сегодняшний день, похоже, почти повторит вчерашний.
Не надо теперь суфлера, с листа доиграю пьесу,
Неровный и быстрый почерк читая без интереса.
Вот так, и не надо споров: мы все это время были,
Не важно, что по-нарошку, важнее,что не чужими.
* * *
По-осеннему тихие дни
И по-летнему душные ночи;
Можно верить в приметы и сны,
И в слова, только ты не захочешь;
И когда-нибудь в дальнем пути
Остановишься, глядя на небо,
Эти тропы тебя завели
В непроглядную темную небыль.
Сколько б ты не блуждал с этих пор,
Все равно не увидишь рассвета,
Только дальний глухой перебор
То ли струн, то ли конского бега;
То ли душу опутала ложь,
То ли бремя твое непосильно,
То ли слово, как по сердцу нож,
То вправду прорезались крылья?
Заколдованный круг - не порвешь:
Ни просвета,ни узенькой щели,
Неужели ты все же поешь,
Или пишешь стихи, неужели?
Разве можно - в такой темноте?!
Как порыв, задувающий свечи,
Голос ветра напомнит тебе
О надежде на близкую встречу;
Ты умеешь летать - так лети,
Ты научишься петь и смеяться,
Ты узнаешь, что ждет впереди,
И поймешь, что нельзя возвращаться;
Потому, что сгорели дотла
И ошибки, и просьбы,и слезы,
Потому,что уже умерла
Твоих дней бледно-серая проза,
Потому,что в единый поток
Не заходят, как правило, дважды,
Потому, что не близок итог,
И когда он настанет - не важно.
* * *
Ты искал утешенья,а я - я искала опору,
Я не знала, куда завела меня эта метель;
Даже кошке бездомной так нужно тепло в эту пору,
Когда пляшут под окнами ветер и тени ветвей.
Я не кошка, хотя и бродила всю жизнь, где хотела,
Я не кошка, хоть я и гуляла сама по себе;
Ты печален, ну что ж, я клубочком свернусь на коленях,
Протяни мне ладонь - я могу рассказать о судьбе.
Я не кошка, я просто устала от вечных ошибок;
В этот холод - не все ли равно, кто меня подберет?
Может быть, я оттаю,а может - ты просто привыкнешь
Под пушистою шерстью не чувствовать мертвенный лед.
* * *
Прошла зима; не все ли мне равно,
Когда и как случаться неизбежному;
Лишь солнце, заглянувшее в окно,
Сияет мне насмешливо по-прежнему;
По-прежнему беспутная весна,
По-прежнему еще не видно зелени;
Растаял снег, но все же облака
Для марта остаются слишком белыми.
Их не измажет дым из низких труб:
Мой дом приземист,так же как и прочие,
И ветер не срывает слово с губ,
Бумаге оставляя многоточие.
Запуталась, и падает из рук
Разорваная нитка путеводная,
И боль от нескончаемых разлук
Забудется, в дороге поистертая;
Я зеркалу оставлю, уходя,
Размытую печаль воспоминания;
А дни и птицы к северу летят,
И смысла нет затягивать прощание.
* * *
Ночи темное серебро
Непокоем вкрадется в душу,
И рождаются так легко
Строки песен, проясь наружу.
Им не жить на страницах книг,
В пожелтевших объятьях писем,
Приходящим, как первый крик,
Угасающим в снежной выси.
Не доверенные перу,
Не распятые по бумаге,
Я из прошлого их беру,
Я им сердце свое вверяю;
Обреченные на полет,
Фразы падают ломкой тенью
В нескончаемый хоровод
От фантазии до виденья.
От остывших угольев нет
Ни тепла и ни искры света,
Так зачем я смотрю им вслед
И придумываю сюжеты?
Дар ли,кара ли - не понять,
Как такое могло случиться,
Да простится мне этот грех:
Вера в то, что не может сбыться.
* * *
Хмельная отрава будней закружит как в карусели,
А ночи - все беспробудней,а дни - все темней с похмелья;
Как сонная муха, осень ползет по стеклу стакана,
Часы отсчитают восемь: какая уж тут нирвана.
Работа, метро, и в давке - случайное пробужденье
Для пары нечаяных строчек, на пару секунд творенья.
А тучи опять все небо обложат намокшей ватой,
Лишь в очереди за хлебом мечтать ни о чем не надо.
Да вправду ли нужно солнце, когда фонари погаснут,
И видел ли кто зеленый, из тех,чья судьба - на красный?
Вопросов сырая слякоть того и гляди задушит,
И жаль, что нельзя упрятать от взглядов сторонних душу.
От нечего делать скажут тебе пару слов участья
И дальше своей дорогой - к ларьку за бутылкой счастья.
Забиться б куда на сутки о прошлом не вспоминая,
Собакой в уютной будке, про цепь свою забывая.
* * *
Здесь уже ничего не покажется странным,
Ни поющая ночь, ни звезда на ладони;
Стоит только на веру принять невозможность:
Серебристый туман и крылатые кони.
Это сон, это сказка из лунного света,
Я придумала мир, полный горького счастья;
В изумруде листвы,в чистом холоде снега
Он почти как живой, он почти настоящий.
Отчего же трава обретает цвет меди,
И скользит над водой темной тенью тревога;
Устилают тропинку опавшие листья
Шелестящим ковром - лейтмотив эпилога;
Я не властна сама над придуманной былью,
На краю обернуться - не будет ли поздно?
Мне б вернуться назад хоть дорожною пылью
На тернистом пути уходящего к звездам.
* * *
Там, где время тает зеленым льдом,
Бледный жемчуг звезд,словно горсть монет,
Рассыпая призрачным серебром
По озерной глади и лентам рек;
Где печальный образ соткет вода
Из росистых трав и обрывков снов;
Где камням дыханье свое отдав,
Стылый ветер бродит среди холмов,
В тишине звенит неумолчный плач
Потерявшей имя свое души;
Укрывает память туманный плащ,
Еле-слышно шепчутся камыши.
* * *
Какую память оставят мне
Седые сети сентябрьских ливней?
Источник высох, и лишь на дне
Вода осталась, мешаясь с пылью;
По капле вытекла, как из рук
Солоноватой густою влагой,
Почти иссякла, а значит круг,
Назло всем бедам, да бдет замкнут.
Настало время держать ответ;
В горчащем золоте листопада
Такой наивный нелепый бред
Твоя последняя серенада.
Прощанье с летом: холодных дней
Приидет царствие на пол года;
Далеким мифом умрет апрель
В слезах осеннего небосвода.