ТРАНДУИЛ

      Зеленый луч из окна в каменном потолке чертога непреклонно подбирался к тонким пальцам Трандуила. Эльф медленно складывал вот уже четвертую фигурку из салфеток, сложенных стопкой в середине стола. Лучик света, окрашенный зеленью древесных крон, приплясывал на скатерти, все время хоть на волосок, но ближе придвигаясь к фигуркам. Эствен почему-то очень хотелось, чтобы король успел убрать руку.
      - И вот теперь он бродит по моему дому, - сообщил Трандуил. Последняя фраза в разговоре была произнесена им за два кубка до того, и затем царило мертвое молчание, прерываемое лишь похрустыванием салфеток. Однако это вовсе не означало, что беседа завершена. Просто у короля лихолесских эльфов была странноватая манера общения.
      - Он ходит здесь, крутится везде, ворует понемногу еду из кухни - я не могу понять, чего ему надо. Треклятый гном так и не сказал, что им понадобилось за Озерным, будто я сам этого не понимаю. Но этот?..
      Лучик замглился на мгновение: видимо, в вышине над королевскими чертогами качнулись, заслоняя солнце, деревья. Затем зеленое пятно снова затанцевало на вышитом полотне.
      - С Кольцом Власти он шляется тут уже не один день. И я достаточно слушал речи Мудрых, чтобы понимать, чем это нам грозит!..
      - Ты и сам - Мудрый.
      - Что ж с того? Митрандир послал весть, скоро он придет сюда. Но он и весь Совет - далеко! Галадриэль если и выйдет из Линдоренана, то... и толку-то мне объяснять, что она успеет лишь оросить слезами наше пепелище, если Тот, что в Дол-Гулдуре, почует, что скрывается в моих пещерах!
      - Но много ли вы знаете, кто на самом деле там сейчас? Или ты боишься не выстоять против одного-двух улаири?
      - Улаири? - сухой смешок Трандуила прозвучал подобно лисьему лаю. - Э, нет, я еще не вовсе выжил из ума...
      Вновь повисла пауза. Салфетка обратилась в настороженного оленя. Не меняя позы и почти не двигая рукой, Трандуил взялся за следующую.
      Эствен медленно отпила глоток багряного вина, сквозь грани хрустального кубка наблюдая за королем. Луч света подрагивал рядом с рукой эльфа, похожий на готового к прыжку хищника. Эствен отчего-то казалось, что случится какая-нибудь беда, если свет заденет Трандуила.
      - Хорошо, если это улаири. И пускай я окажусь лесным дикарем, что шарахается от каждой тени, пускай об этом шепчется Совет за моей спиной, если я сейчас неправ.
      Лучик подобрался и метнулся вперед.
      - Но не от каждой Тени я бегу! - рявкнул Трандуил. Зелень пятнала скатерть в том месте, где только что были пальцы короля. Широкий гневный жест его смел на пол злополучные салфетки. Одна из фигурок, похожая на распластавшего крылья орла, зацепилась за ткань и жалко свисала со стола.
      - Не от каждой... - голос короля утратил мощь, превратился в шепот-шипение. - Но от единственной. И славен будь Единый, если я ошибусь!
      - Ты боишься?
      - Я? Я боюсь, - честно сознался Трандуил. - Я очень боюсь. В конце концов, я и мой народ всего лишь желаем жить в мире. В этом вот лесу. Жить. А не дрожать в страхе однажды взглянуть в глаза Намо лишь потому, что кто-то не вовремя вспомнит о нас! А ведь вспомнит.
      - Из-за Кольца?
      - Из-за Кольца.
      - Так что же ты будешь делать? Продержишь здесь гномов и этого невидимку до прихода Митрандира?
      - И распишусь перед ним в собственном бессилии и страхе? Тебе-то я говорю... Ты, в конце концов, дочь Денетора. Ты мне родня - и, скажу я тебе, будь твоя на то воля, вряд ли расставался бы я с тобою так просто.
      - Ну, мы ведь говорили с тобой об этом.
      - Ну да. Так и что же? Разве не могу я еще раз напомнить тебе? И скажи еще, что тебе это не по вкусу!
      - Не скажу, - рассмеялась Эствен, приветственно поднимая кубок. Ей и впрямь всегда была приятна любовная галантность лесного владыки. От Трандуила, когда он того хотел, исходили волны безмерного обаяния, подкрашенного знаменитым его коварством. В такие минуты как-то не хотелось думать о других, куда менее приятных особенностях его характера, а также о тайнах, иной раз весьма нехороших, окутавших короля плотной завесой.
      Частица одной из этих тайн как раз сейчас вошла в залу и скромно остановилась у входа.
      - Здравствуй, Леголас, - кивнула Эствен младшему сыну Трандуила. И тут же заметила, как нахмурился король-отец.
      - Что-нибудь случилось, сын? Зачем ты прервал нашу беседу?
      - Ничего особенного, отец. Прошу простить меня, леди Эствен. Я всего лишь хотел спросить, оставлять ли нам, как всегда, открытым винный подвал или же запереть ввиду того, что во дворце присутствует посторонняя нечисть?
      - Винный подвал? Вы с Телемнэлем снова наведывались туда перед самым праздником?
      - Прошу прощения, отец. На сей раз я всего лишь вытаскивал его оттуда.
      - Вот, пожалуйста, - заметил Трандуил, пожимая плечами, - Телемнэль - единственный на моей памяти эльф, который в состоянии надраться, как это любят люди, до потери сознания. После чего очнуться и повторить процесс. И так, видимо, будет продолжаться до Второго Пения или пока у меня не закончится вино. Леголас, распорядись, чтобы на празднике вино брали из той бочки, что в прошлом сезоне доставили из Линдоренана... ну, той, что в углу, за полупустым бочонком красного гондорского.
      - Я понял, отец. Что-нибудь еще?
      - Нет. Ступай.

      - Послушай, Лис, отчего ты так холоден с ним? - спросила Эствен, как только за Леголасом закрылась дверь. - В конце концов, кем бы там ни была его мать, он же сын тебе?
      - Не надо сейчас об этом, ладно? - резко мотнул головой Трандуил. - К тому же уже поздно что-либо менять. Вина хочешь?
      - Красного гондорского? - улыбнулась Эствен.
      - Э, нет. Красное гондорское мы с тобой пили только что и, сдается мне, в кувшине его больше нет. Да и какое это вино? - так, безделица, на каждый день... Лориэнское вино - не так плохо, но уж больно отдает Галадриэлью и ее светоносностью. А я тебе сейчас налью настоящего - у вас на Востоке нет такого, клянусь Лесом!
      Трандуил выскользнул из-за стола. Был он невысок, но гибок и проворен. Пышнейшая грива волос отливала темно-рыжим, и на зелени одежд вальяжно разлеглись лисьи хвосты. Мягкое прикосновение к стене - и перед эльфом распахнyлась щель локтя в три шириной. Из щели была извлечена огромная оплетенная бутыль. Король в обнимку с бутылью грациозно протанцевал обратно к столу, а за его спиной стена вновь сомкнулась.
      - И много у тебя таких тайников? - уважительно поинтересовалась Эствен.
      - Вот посчитай, сколько тут обычных дверей? Правильно, одна. Ну и где это видано, чтоб из лисьего логова был только один выход?
      - Великолепно! Ну, и что же это ты вытащил на свет? У тебя для каждой бутылки найдется доброе слово, а здесь пахнет поэмой!
      - Здесь пахнет чем-нибудь с "Лэйтиан" размером! Здесь дух виноградников из владений Йарвена Бен-Адара, будь он трижды благословен! Представляешь, это когда еще Вековечный лес и Фангорн были едины, и юг Гондора благоухал... да что я тебе-то рассказываю. Ты же родилась там.
      - Точно, благоухал. Только не во времена моего детства. Тогда еще виноградников не было.
      - Ну вот, значит, поэму можно забыть.
      Трандуил осторожно разлил в кубки густую, как кровь, безупречно алую жидкость. Затем бутыль была с почестями убрана назад.
      - Пей осторожно! Хорошо, что до этого зелья не добрался Телемнэль. Мне было бы жаль потерять хорошего воина.
      Эствен осторожно поднесла к губам кубок. Вино переливалось, похожее на лаву, источало действительно изумительный аромат. Аварэ медленно глотнула... ... и ей показалось, что на нее обрушился лес. Вокруг стремительно росли и увядали гигантские листья, из земли рвались грибы странного вида, взрываясь облаками спор, жесткая трава едва проглядывала из-под листьев непомерно огромного папоротника. Воздух был заполнен совершенно чужими, незнакомыми запахами.
      Еще глоток - море. Ветер теплый и очень соленый. Запах водорослей, резкий и невнятный. Вода кишит живностью, но ничего похожего на привычную рыбу не видно. Во все небо пылает ровный, слишком яркий свет.
      Еще глоток - степь. Высокие пальмы сгрудились в кучку, вокруг бродят фантастические твари, объедают пальмовые листья. По степи носятся тяжеловесные детеныши. Все озарено тем же непривычным и странным светом. И - море запахов.
      - Уф-ф! - эльфы вынырнули из винной грезы одновременно. - Что это было?!
      - Вино. По крайней мере я его так называю.
      - Кому-нибудь еще давал?
      - Нет. Но сам раньше пробовал, видишь - жив.
      - Тебе его Йарвен дал?
      - Ну, можно сказать, что да. Однажды он был в хорошем настроении, а я - у него в гостях. Вот он и сказал мне, очень опрометчиво: говорит, бери что хочешь. Подарю. Вот я и взял.
      - А он?
      - Пришлось напомнить, что он обещал.
      - М-да. Хорошо, что твои воины до такого не добрались. А представь картину: весь дворец, поголовно, лежит и грезит о странном. А непьющий Леголас - кстати, почему он вина не пьет? - всех охраняет...
      - Не пьет? Это он мастерски притворяется... Подожди-ка. Воины, говоришь, лежат и грезят... Грезят... Вот что. Одному из воинов этого вина отведать придется!
      - Зачем?
      - Да так. Понимаешь, завтра праздник. Ты уезжаешь, мы тебя проводим... дней через двадцать прибудет Митрандир. Вот потому-то Гэлион, который завтра на страже казематов, и не должен скучать во время праздника. Право, что же, все будут веселиться, а он - гномов охранять?..
      Трандуил, приняв решение, встал, высоко поднимая кубок с остатками вина. Зеленый луч из окна ударился о хрустальные грани и потоком красных и изумрудных бликов хлынул на короля, увенчав его роскошной сияющей короной осенних огней.
      - Так и сделаем, - провозгласил Трандуил. - Нам - веселье, страже - грезы, гномам... гномам - бочки, если сообразят. А невидимке... он и без меня получит все, что ему причитается.