-
* ПРЕДТЕЧА
* ТОРГОВЦЫ
* ТАЙНАЯ ВЕЧЕРЯ
* МОЛЕНИЕ О ЧАШЕ
* ИУДА
* ПОНТИЙ ПИЛАТ
* КЛАВДИЯ ПРОКУЛА
* ПУТЬ
* МАГДАЛИНА
* РАСПЯТИЕ
* ОТЧАЯНЬЕ
-
* НИЧТО НЕ ВЕЧНО
* ИЗ КНИГИ ЕККЛЕСИАСТА
* Так мудрость говорит...
- ЦИКЛ "АПОКРИФ"
ПРЕДТЕЧА
Уже и секира при корне дерев лежит:
всякое дерево, не приносящее доброго
плода, срубают и бросают в огонь.
Матф., 3:10
"Святая церковь Спаса-на-Полыни -
Не для рожденных в рыночной грязи!
Я - голос вопиющего в пустыне:
Прямыми Богу сделайте стези!"
Безумие в пустыне одиночеств,
И в диком меде - привкус анаши.
И горькая вода глухих пророчеств
Текла по руслу высохшей души:
"Безликие рабы слепого века!
Прольется кровь Идущего за мною -
Лакайте! Допьяна упейтесь ей!"
Шипастый шар иссохшего кермека,
Слова ессея мчали над землею -
День Гнева предвещавший суховей.
ТОРГОВЦЫ
- И говорил им: Написано: "дом Мой
домом молитвы наречется", а вы
сделали его вертепом разбойников.
Матф., 21:13
Как гурт свиней в языческой земле,
Которым жемчуг брошен на попранье,
Мешая с кровью грязь на алтаре,
Они вели торговлю бойко в храме.
Сыны блудниц - закрыли двери в дом
Перед блудницами и мытарями.
Просившим хлеба подавали - камень,
Гордясь с убийцей Урии родством.
"Бог хочет жертв. И их получит Он.
Да сгинет тот, кто преступил закон!" -
Каифа раздраженно хмурил брови.
Подписан приговор, и назван срок;
И сыто скалился безумный бог,
Кропя злаченые ефоды кровью.
ТАЙНАЯ ВЕЧЕРЯ
Итак, если враг твой голоден,
накорми его; если жаждет, напои его;
ибо, делая сие, ты соберешь ему на
голову горящие уголья.
Павел, Рим., 12:20
...Ты, Иоанн - лучистый ясный взгляд,
Рука Петра - надежная опора...
Но ваши руки разомкнутся - скоро,
Когда под утро свечи догорят.
Я - сын земли; и кровь ее - вино,
А плоть ее - благословенье хлеба.
Я - человек, а не сошедший с неба
Бессмертный бог; воскреснуть - не дано.
Успеть сказать последние слова,
Пока под жгучим солнцем голова
Не запрокинулась в бреду молитвы -
Но кто из вас, ученики мои,
Сумеет вспомнить проповедь любви,
Когда мечи готовы будут к битве...
МОЛЕНИЕ О ЧАШЕ
Третий Ангел вылил чашу свою на реки
и источники вод; и сделалась кровь.
Откр., 16:4
Звезда Полынь - сверкающий кристалл -
Достигла беспощадного зенита;
И Третий Ангел перед Ним предстал
В одеждах цвета тьмы и аконита,
И аметистовую чашу поднял:
"Да претворится ныне в кровь вода,
Как возвестила волею Господней
Светильнику подобная звезда!"
- Остановись! - "Тогда - испей до дна.
Тогда - от боли корчись на кресте.
Спасай - рабов, поверженных во прах!"
...И чаша до ожога холодна.
И эхо слепо бьется в пустоте.
И горечь чернобыля на губах.
ИУДА
И, бросив сребренники в храме, он
вышел; пошел и удавился.
Матф., 27:5
Я жажду. Родниковая вода
Становится соленой теплой кровью
На лихорадочных губах. Я помню:
Я предал не Тебя - себя тогда.
И на губах запекся хриплый стон:
"Живи - и за собой влачи проклятье!
Будь проклята ночь моего зачатья!
Будь проклят день, когда я был рожден!"
Лишь нервно сцепленные пальцы - крик:
- Учитель, я хотел... Не мудрость книг...
Я понял. Слишком поздно. Я устал...
И горло, как петля, тоска сдавила.
И над грядущей Акельдамой стыла
Звезда Полынь - сверкающий кристалл.
ПОНТИЙ ПИЛАТ
Тогда отпустил им Варраву, а Иисуса,
бив, предал на распятие.
Матф., 27:26
От чаши с кровью виноградных лоз -
Тяжелый скол двуслойного стекла.
Все решено. И тяжесть неба жгла
Расплавленным топазом - бедный мозг.
И он смотрел так тяжело-надменно
На солнце - дымный раскаленный круг:
"Покой - и - власть!" - но
проступали вены
На камне безнадеждно-властных рук.
У стен дворца - толпы голодный рев.
Смотрели зверьи лики со щитов,
В усмешке злой ощерившие пасти.
Шипом в виске - неясная вина,
И темным ядом терпкого вина
Как кровью был запятнан пурпур власти.
КЛАВДИЯ ПРОКУЛА
Пилат, видя, что ничто не помогает...
взял воды и умыл руки перед народом...
Матф., 27:22
"Гранатовый - пурпурный - и кровавый
Край мантии, влачащейся за мной -
Знак власти, ставшей тяжкою виной:
Я - со-причастница позорной славы.
Пусть будет нам: судьба - единой мукой,
Хлеб - из одной муки, - мне все равно.
Не он, а я ему омыла руки,
Не разбираясь - кровь или вино.
Святой изобразите - в ризе белой,
Шотландской ли кровавой королевой,
Мы - вместе! - и в тоске, сквозь зубы,
вновь:
Мне, бывшей Понтия безмолвной тенью,
Мне, пьяной горькой гордостью паденья,
Мне - безразлично: пурпур - или кровь!.."
ПУТЬ
И когда насмеялись над Ним, сняли с
Него багряницу, и одели Его в одежды
Его, и повели Его на распятие.
Матф., 27:31
Насмешек грязь. И уличная вонь.
И слепота - как стержень раскаленный,
Когда удар пылающе-соленый
Вобьет железо в зрячую ладонь.
И горечь чернобыля на губах,
И кровь запекшаяся - черным воском.
Как гнут к земле неструганные доски!
Как мертвый воздух медью рвет труба...
И тянется с медлительностью бреда
Пылящий путь по выжженной долине.
Терновый нимб впивается в виски,
И тянутся к все-равнодушью неба
Беспомощные руки Магдалины -
Как поля крови бледные ростки.
МАГДАЛИНА
При кресте Иисуса стояли матерь Его,
и сестра матери Его, Мария Клеопова,
и Мария Магдалина.
Иоан., 19:25
I
Слова о жизни и любви - пусты,
Они уже не значат ничего.
Слова умрут у гроба Твоего,
Как умирают бледные цветы.
Священники справляют торжество...
Пыль тусклых улиц Иерусалима
Не миром, а слезами я отмыла
С израненного тела Твоего -
Я, уличная девка Магдалина.
Глаза закрыть - и видятся кресты.
Смотреть, как заостряются черты
Любимого лица - невыносимо.
II
Ползут часы - безногие калеки...
Теперь Ты - мой. Я замыкаю круг
Страдальческим изломом слабых рук:
Безумно, безнадеждно мой - навеки.
Теперь не нужно мне тебя делить
С предательски изменчивой толпой
И с тем безумным Богом, что Тобой
Свои грехи задумал искупить.
В ночи не звезды - раны от гвоздей.
Мой бедный рот замкнула немота.
Ты - мой. Найдешь ли кару тяжелей?
Я недостойна твоего креста,
Я недостойна боли этих дней -
Но как сейчас душа моя пуста...
III
...Мог ли Ты предвидеть, что скоро
Адом станет Твой светлый город,
Обернется святостью - грех"
Будет смерть - избавленьем и чудом,
Будет всех честнее - Иуда,
И блудница - вернее всех?..
И в преддверии крестной муки
Я целую худые руки
Обреченному палачу.
Разве Ты - милосердней Пилата?
На другом я кресте распята
И иную молитву шепчу.
Если б знал Ты, что неизбежно
Беспощадна предсмертная нежность,
Безнадеждно - пытаться забыть
В память вбитые гвозди тупые:
Только уличной девке Марии
Никогда
- любимой
- не быть.
Добровольно в бездну Ступивший! -
Что бояться - мне, пережившей
Бесконечность Твоих смертей?
Время с Вечностью сводит счеты,
И горят семисвечья субботы
Над предсказанной
- казнью
- Твоей...
РАСПЯТИЕ
I
- ...и Кровь Иисуса Христа, Сына Его,
очищает нас от всякого греха.
1-е Иоан., 1:7
Все-равно-душен солнца мутный взгляд,
Не шевельнуть распухшими губами...
Не разорвется занавес во храме,
Не дрогнет раскаленная земля,
Иссохший мозг - бесплоден. Немота -
Так, словно рот наполнен жгучим дегтем,
И не - сошел, а - рухнул бы с креста,
Когда бы не ремни - крестом у локтя.
Каленое железо, терн венца
И желчь губам... последний дар Отца -
Предсмертие - предвиденье - проклятье:
Взлететь костром, когда - через века
К запекшимся губам еретика
Христов служитель поднесет - распятье.
II
- А если Христос не воскрес, то и
проповедь наша тщетна, тщетна и вера наша
1-е Коринф., 14:14
Лихорадка слов, предсказаний бред...
Не сойти с креста - гвозди.
Не дрогнет земля, не померкнет свет,
Не сорвутся дождем звезды.
Как пергамент - в огонь,
как по телу - нож:
"Если не - воскрес,
наша вера - ложь!"
Не порвется завеса во храме.
Не отвалят ангелы камень.
Раскаленное - нимбом - солнце...
пить...
Неужели так трудно -
богом -
не быть?..
Не корона царя - терновник венца.
Я не помню, как было имя отца,
И носила меня во чреве -
Не Святая Дева,
Не божья невеста.
Не было - благовестья!
...Не воскресну...
ОТЧАЯНЬЕ
Он был облечен в одежду, обагренную
кровию. Имя Ему: Слово Божие.
Откр., 19:13
Священник без веры в сердце
В высоком холодном соборе
Говорил: Милосердие Божье...
И люди молча внимали
Исполненным веры и смысла
Высоким словам, и дивились.
Прихожане его называли
Боговдохновенными - речи,
И священника - Златоустом .
...А из полумрака собора
Скорбно смотрел Распятый.
- ЦИКЛ "ИЗ КНИГИ ЕККЛЕСИАСТА"
НИЧТО НЕ ВЕЧНО
Король надменный многих покорит -
Руины разоренных городов
Дорогу победителя отметят;
Он - бог земной, покуда здесь царит:
Пройдут века - и прах его следов
Развеет без следа забвенья ветер.
- Пусть короною увенчан,
Вознесен людской молвой -
Под луной ничто не вечно,
Кроме Вечности самой.
Ему награда - чаша короля,
И подвиги его в балладах славят.
Пока в бою щадит его судьба,
Но ляжет он в курган средь ковыля -
Добычею забвенья слава станет.
- Жизнь горька и быстротечна:
Утром - пир, а к ночи - бой...
Под луной ничто не вечно,
Кроме Вечности самой.
Придворный блеск - или топор и плаха:
Посмевший петь безумец дерзновенный,
Он растревожил песнями толпу,
Но струны отзвенели - горстью праха
Он стал на берегах реки Забвенья.
- Все балады, песни, речи
Станут прахом и золой:
Под луной ничто не вечно,
Кроме Вечности самой.
Или - колпак придворного шута,
Когда не в башню из слоновой кости...
Забвенья неизбежен приговор:
Что мысли наши? - тлен и суета,
Мы в этом мире странники и гости.
- И сгораем мы как свечи
В храме истины святой...
Под луной ничто не вечно,
Кроме Вечности самой.
Зачем берется кто-то за перо,
А кто-то вновь перебирает струны?
Мы веруем в бессмертие души,
Мы искрами взлетаем над костром
И воскрешаем память в древних рунах.
- Знаком Памяти отмечен -
Словно уголья в горсти...
Под луной ничто не вечно,
Кроме вечного Пути.
ИЗ КНИГИ ЕККЛЕСИАСТА
Время всякой вещи на земле:
Время хлеб растить и сжать колосья -
Что колоколов многоголосье
Искрам, угасающим в золе?.. -
Время всякой вещи на земле.
- Время дописать свою строку,
Время уклоняться от объятий,
Время для лобзаний и распятья,
Время - на костер еретику:
Пламенем вписать свою строку.
Каждому положен свой предел,
Княжьей ли короною владел,
Или жизнь влачил в нужде и тьме.
Время пиру, время и чуме.
- Цепи или злато на руках,
Кто взойдет на трон, а кто на плаху -
Всяк живущий сотворен из праха,
И в свой час отыдет он во прах:
Что от нас останется в веках...
Время сеять - время вырвать с корнем...
Коль во многих знаньях много скорби,
Для чего нам скорбь преумножать?
Время строить, время разрушать.
- Время благовестью и хуле;
Кровью пыль дорожную пятнаем,
Жемчуг на попрание бросаем
И иглою пишем на стекле -
Время всякой вещи на земле.
Все - томленье духа, суесловье;
За слова, оплаченные кровью,
Медного гроша никто не даст -
Clay will go to clay and dust to dust.
- Мысли - ледяной ожог виску:
Бросить на неструганные доски
Вырванную из души строку... -
Гул затих. Я вышел на подмостки...
* * *
Так мудрость говорит: блажен, кто верует.
И потому, на муку обреченные,
Коль усомнились в праведности Белого,
Вам всем - еретиков рубахи черные.
Так мудрость говорит: блаженны кроткие.
А кто не принял с должною покорностью
Удел раба - что ж, разговор короткий с тем:
Как кровью захлебнетесь вашей гордостью.
- Награждают боги верных и смиренных,
И причислен будет Верный к лику Элдар,
И его восславят песни и сказанья,
И благословит его великий Манве.
И вот, в согласьи с древними заветами,
Вы, Валар не молившие о милостях,
"Во имя мира" - пьете чашу смертную.
Так говорят: блажен, кто судит праведно;
Но кто - заступником за неприятеля?
Средь Светлых есть неправые и правые,
А Тьму избравший - обречен проклятию.
- Не избегнуть ни проклятий, ни наветов -
Ведь таков на сотни лет Закон Законов:
Менестрелю Света - прославлять победу,
Менестрелю Тьмы - оплакать обреченных.
Но утолившим голод в наказание
Страницы книг сгорят сухими листьями -
Пребудет лишь Священное Писание.
Как дети быть нам мудрость заповедала:
К отступничеству первый шаг - сомнение.
Не должно нам искать дорог неведомых:
Покой и Вера - два столпа Служения.
- Покарают боги гордых и крылатых -
Для чего ж искать тот путь, что неизведан?
И царит над миром - Серый Император,
И костры еретиков взлетают в небо,
И не избегнуть ни проклятий, ни наветов -
Кто сумеет изменить Закон Законов? -
Менестрелю Света - прославлять победу,
Менестрелю Тьмы - восславить побежденных.
Тексты публикуются с разрешения Автора
Смотровая башня | Карта сайта | Менестрели и средневековье |
Фотоальбом | Благодарности | О копирайтах | Гостевая Книга |
