С К А З К И
КОЩЕЙ БЕССМЕРТНЫЙ
"Там царь Кощей над златом чахнет..."
Художественная, тэк скэзть, литература. Да если б действительно над
златом! Как все это было бы просто.
И вправду, казалось бы, чего еще можно желать? Абсолютный тиран, да к тому
же и бессмертный. То есть неубиваемый. "Что не подвластно мне?.." Да
все подвластно! Но ведь тоска.
И не просто, а ТОСКА-А-А-А-А-А!!!
Вот говорят: "Помираю со скуки." Фигурально выражаются. Скуки
они не знают! От которой и впрямь недолго помереть. Даром, что Бессмертный. Но
ведь тоже ТОСКА-А-А-А-А-А!
Знаю - пробовал.
А еще это прозвище - Кощей. Хотя, с другой стороны, это должно быть
безмерно страшно - Бессмертный Раб на престоле. Этот задаст жару! Кому!? Тоже
ТОСКА-А-А-А-А-А...
От тоски рекомендуют встряску. А как? Тэкс, какие там есть способы?
Завоевать кого-нибудь?
Так ведь ближних - уже, а до остальных "три года скачи, ни до какого
государства не доедешь".
А ехать - ТОСКА-А-А-А-А-А.
Выпустить этого... Вечного Героя и подраться?
А не прибьет? Герой ведь. А смерть - она у всех есть, вопрос, где зарыта.
"Хряссь! - Да не в этом!!!" Не смешно.
ТОСКА-А-А-А-А-А!
Во, придумал! Стану-ка я Гениальным "инженером человечьих душ" и
займусь Творчеством. С большой буквы. Что там насчет гения и злодейства? А вот
объявят меня гением в приказном порядке и - будут восхвалять - никто и слова
поперек не скажет. Тех, что сказали бы, нетути давно. Разве что потомки... Так я
ведь всех потомков переживу - Бессмертный как-никак.
Нет, и это ТОСКА-А-А-А-А-А!
Может, бросить все и "уйти в народ"?
Так ведь опять начну к власти рваться, интриговать, завоевывать, а при
моем сроке жизни...
ТОСКА-А-А-А-А-А!
А потом, на кого "бросить"? На наследника? "Яйцо одно, и то
за тридевять земель" - глупость несусветная, но...
Это что ж получается - и жизни нет, и помереть не получится?
А, ТОСКА-А-А-А-А-А...
Слегка пристукнув охранника (отчего бедняга немедленно околел) и
прихватив его меч, Вечный Герой долго бродил по огромному замку, звал Кощея и,
не найдя, плюнул и ушел.
А наутро газеты сообщили, что Бессмертный Владыка скончался.
С чего бы это?
ЯСНОСТЬ?
Ясности здесь и не хватало.
А хуже всего было то, что Он никак не мог понять некоторых очень простых
вещей. Например, где Он. Тоесть детали местности начисто торнули в розоватом
сиропе тумана. Зато очень хорошо были видны те, с кем Он бежал. Стадо. А может,
и не стадо, хотя погонщики здесь были. С бичами. Да и бежали все уж очень
вперемешку: Кони, Козлы, Свиньи, Люди, Быки, Волки, Верблюд какой-то... И никто
никого не замечал.
А еще очень важным казалось узнать, ка же выглядит Он сам. Тем более, что
все бегущие походили друг на друга и на Его знакомых, только неясно - кто на
кого. А задать этот вопрос впрямую было почему-то неправильным...
- ...Слушай, кто это? - спросил Он у Верблюда, показывая на ближайшего
Быка.
- Скотина, - с достоинством ответствовал двугорбый.
- А это кто? - кивок в сторону Волка.
- Это тоже скотина, естественно.
- А этот двуногий?
- Я же сказал - скотина, - уже нервно бросил Верблюд.
- А те, с бичами?
- Несомненные скоты!
И, уже догадываясь об ответе:
- А... я?
- И ты тоже скотина.
- Слушай, - неожиданно даже для себя вскипел Он. - А сам-то ты кто?
- А я Верблюд! - высокмерно изрек тот и... удалился.
СТАРАЯ СКАЗКА
- Ну?! - набычился Иван. - Драться будем или сам Василису отдашь?
- Чего?! - искренне изумился Кощей. - Это ты - мне?! Ну-ну...
- А ты не нукай, не запряг, чай, - гость потянул из ножен
меч-кладенец.
- Ты, это, парень, железку-то не лапай - мебель поцарапаешь.
- Последний раз добром спрашиваю - отдашь?
- А ну тихо ты, раздухарился! - прицыкнул хозяин. И неожиданно миролюбиво
сказал:
- Спит она - устала. А будить я ее не дам.
- Буди!
- Я сказал, не стану. Пусть отдохнет - с тобой-то у нее это не больно
получалось: то шей, то пеки. А ты что для нее сделал? Лапти железные сносил?
Великий подвиг! Пшел вон! - и Кощей брезгливо тряхнул руками...
...Коробчонка раннего троллейбуса, разбрызгивая искры, с воем катила по
городу. На сиденье дремала девушка-кондуктор. На остановке в салон ввалилась
шумная ватага.
- А ну, тихо вы! - цыкнул Иван. - Видите - человек спит. Скидывайтесь на
билеты - и в корму.
- Да у меня проездной, - хмыкнул Кощей. Притихшая компания
передислоцировалась в конец салона.
Иван снял плащ и осторожно укрыл им девушку. Троллейбус тряхнуло на кочке,
и она, вздохнув во сне, заерзала, устравиваясь поудобнее...
- ...Пшел вон! - и Кощей брезгливо тряхнул ладонями...
ОТЦЫ И ДЕТИ... И ВНУКИ
...И его возводить молодым!..
Лязг экскаватора с утра назойливо лез в уши, но уже к обеду стал чем-то
привычным, почти необходимым.
В перерывах студенты подходили к окнам, смотрели на разрастающуюся яму, на
снующие туда-сюда грузовики с землей и мрачновато шутили:
- Никак под нас подкапываются.
- Углубленно работают...
- А может, они клад ищут?
- Ага, Флинта или Сильвера.
Ближе к вечеру во двор въехала машина, из которой выбралось явное
начальство.
Столпившись у бровки ямы, они принялись что-то бурно обсуждать, размахивая
руками. Под шумок экскаваторщик незаметно исчез. Работа застопорилась.
После закрытия библиотеки Стас, ожидая Светку, засмотрелся на двух
отроков, забавлявшихся швырянием камушков в свежевырытую яму.
- Ух ты! - восхитился он. - Закапывают! Смотри, Светик, юная смена.
Прямо-таки, отцы и дети. Не по Тургеневу, правда. А не слабо им будет...
- Слабо! - не дослушала та. - Пойдем лучше.
И они пошли...
Проходя назавтра мимо того же окна, Стас вдруг заметил, что во дворе
тихо. Он взглянул и даже остановился...
- ...Эй, ты идешь или нет? - окликнула его Светка и тоже подошла к окну. -
Ого!
Там была совершенно гладкая площадка, по которой вчерашние отроки бодро
улепетывали от экскаваторщика.
- И впрямь, отцы и дети! - фыркнула Светка.
- И внуки, - буркнул Стас. - Посмотри-ка.
...Немного в стороне, у самого края бывшей ямы, сидел карапуз лет трех и
сосредоточенно орудовал совком. За ним тянулась ровная широкая и глубокая
канава...
К ВОПРОСУ О...
Скажи мне, как звучит хлопок одной ладонью
...А на улице мела метель...
Труба ковра на плечах отяжелела и гнет к земле. В троллейбусе недовольная
толкотня. "Эй, поосторожнее там!" - "Да убери ты эту штуку!"
- "Зашибешь же!" - и ведь правы...
"Да ладно вам, - нетрезво-благодушноею. - Может, это
ковер-самолет!" - "А чего тогда троллейбусом?" - "Дык
погода..." - и смех.
На пересадке моментально превратился в сугроб. Ковер качнулся, и ноги
понесли в ближайшую дверь. По фойе бывшего ДК гуляли сквозняки и звуки. Вахтер
угрелся в Санта-Барбаре - входи кто хочет и куда угодно, а автомобиль с продажи
все одно не укатят.
В полупустом зрительном зале читают, лузгают семечки, курят, выпивают,
двое в темном углу... На сцене нудная невнятица: кто-то глотает не то огонь не
то шпаги, кто-то то ли поет то ли бубнит, кто-то показывает фокусы. Ковер пополз
с плеч. Ах, этот ковер, ковер-самолет! Поправил его и шагнул вперед.
Сверху лица мутно-блеклые. Теперьнужен хлопок в ладоши,другой, третий - и
тогда цветопад: розы, васильки, ромашки, гладиолусы, лилии. Ковер вот только
мешает. Стала тишина.
На выходе оглянулся: в зале курили, лузгали семечки, двое направились в
темноту. На сцене кто-то что-то глотал-выплевывал, кто-то пел-бубнил. На полу
увядала одинокая мальва. Дверь мягко ткнулась в ковер.
На остановке мгновенно превратился в сугроб. Нелетная погода придавила
ковер к плечам.
Да уж, ковер-самолет... Вот пусть сперва высохнет, а уж там... Завтра. Или
когда-нибудь. Если погода будет летной.
Да где ж этот троллейбус-то наконец!
...А на улице мела метель...
ЗМЕЙ ГОРЫНЫЧ СЛУШАЕТ!
Зазвонил телефон.
- Слушаю.
- Позовите, пожалуйста, Змея Горыныча!
- Кого-о?!
- Змея! Горыныча!!
Так. Шутка.
- А Змея Горыныча дома нет. Он вышел.
- Простите, а когда он вернется?
- Понятия не имею. Он как с утра ушел к Бабе-Яге на имени... Да Вы лучше
туда позвоните и все узнайте, - и я назвал первые взбредшие на ум цифры.
- Большое спасибо!
- Большое пожалуйста...
А через полчаса телефон ожил вновь, и тот же голос уведомил меня, что
Змей Горыныч ночевать домой не придет и посему просил не беспокоиться.
А чего мне-то беспокоиться? Главное - что я дома.
Я положил трубку и всеми тремя головами продолжил прерванное чтение
"Русских народных сказок тысяча и одной ночи в обработке В.
Леви"...